Nikon laid off 700 workers in Thailand and Laos

2020-05-29 18:49:02

Nikkei reports that Nikon has laid off 700 workers due to the declining camera business - 500 in Thailand and 200 in Laos. Nikon said: "We are going to aim for the best system to our production", meaning they may reduce their stuff again (thanks for the translation Nakayamahanzaemon):

Nikon Corporation announced on the 28th that it has reduced the total number of employees by 700 at its Southeast Asian factory as part of a structural reform of its imaging business centered on digital cameras. Staged from autumn 2019 to the end of March due to early retirement. The number of people is 500 in Thailand and 200 in Laos, which is about 10% of the employees at each site. (Google translation)

Via Nikkei

The post Nikon laid off 700 workers in Thailand and Laos appeared first on Nikon Rumors.

Взято отсюда

Sam Johnson, Vietnam POW who became longtime Texas congressman, dies at age 89

2020-05-28 07:44:24

Sam Johnson, Vietnam POW who became longtime Texas congressman, dies at age 89

The staunch conservative served 28 years in Congress and spent seven years in the “Hanoi Hilton” after being shot down.

WASHINGTON — Retired Congressman Sam Johnson, a conservative stalwart whose service to country spanned seven years as a prisoner of war and a long stint in the House, died Wednesday in Plano of natural causes. He was 89.

The Plano Republican packed multiple careers into a life defined by endurance, patriotism and sacrifice.

He served 28 years in Congress, from a special election in May 1991 to his retirement in January 2019, after 29 years as an Air Force fighter pilot. He saw combat in two wars — surviving torture and deprivation at the infamous Hanoi Hilton with a mangled hand and other scars — and a bright tenure in politics.

Among his captors, Johnson quickly gained a reputation for stubbornness. Despite extreme pressure, he refused to reveal military secrets or pen “repentance” letters that could be used in North Vietnamese propaganda.

His military career earned him enough distinction and accolades for a lifetime. After his release from North Vietnam, he ran the Air Force Fighter Weapons School, the so-called “Top Gun” institute that turns out some of the country’s best fighter pilots. Later, during his tenure in the U.S. House, Johnson’s diehard nature worked to his advantage, and sometimes to his detriment.

He served as a deputy whip, counting Republican votes, and sat on the powerful House Ways and Means Committee, where he chaired a subcommittee tasked with oversight of Social Security and pensions.

His family announced his death on Facebook: “It is with a heavy heart that the family of Congressman Sam Johnson announces his passing earlier today in Plano, Texas. Sam Johnson was a devoted husband, father, grandfather, great grandfather, and friend, as well as a mentor, patriot, and American hero whose sacrifices will never be forgotten. He is now with his beloved wife, Shirley, and their son, Bob. Together they are reunited in their eternal home with Jesus Christ. More details and information will be forthcoming, but for today we ask for your prayers.”

Former President George W. Bush said: “Laura and I join our community giving thanks for the life of Sam Johnson. He served our country with dignity for nearly 30 years in the United States Congress. Prior to that, the former fighter pilot admirably served the United States in both the Korean War and Vietnam, where he survived seven brutal years as a prisoner of war at the Hanoi Hilton. Laura and I are grateful for this man of humility and patriotism, and we take comfort knowing that he is with his beloved wife, Shirley, again.”

Gov. Greg Abbott called Johnson “a fearless patriot and an American hero [who] dedicated his life to our nation and the state of Texas" and said, “He bravely served as a fighter pilot in the Korean and Vietnam Wars, and his profound sacrifice is something Texans will never forget.”

Rep. Van Taylor, a Plano Republican who succeeded Johnson in Congress, noted that despite 42 months in solitary confinement and ongoing torture, “Sam never broke and never wavered in his commitment to his country."

“Sam Johnson was a legend — a real life legend," Taylor said. "Congressman Johnson will forever be enshrined as the embodiment of an American hero and has given our next generation a role model to emulate.”

Dallas childhood

Johnson was born in San Antonio on Oct. 11, 1930, and spent much of his childhood in Dallas.

He graduated from Woodrow Wilson High School and started his Air Force career at 20 while studying business administration at Southern Methodist University. He was part of the first Air Force ROTC graduating class.

After graduating in 1951, he went to flight school at Nellis Air Force Base in Las Vegas to prepare for fighting in Korea. He arrived in Korea in late 1952.

By the time the war ended eight months later, he’d flown 62 missions in an F-86 Sabre named Shirley’s Texas Tornado, after his wife, the former Shirley Melton.

“I had never flown a plane — never even flown in a plane — until the Korean conflict entered my life,” Johnson recounted in a 1992 memoir, Captive Warriors.

After his experience as a flight leader in Korea, he returned to Nellis as an instructor. In 1957, he joined the Thunderbirds, touring the U.S. and Europe as a pilot for the elite Air Force demonstration team.

But another war was brewing, and by 1965 Johnson was in Vietnam, this time flying the F-4 Phantom.

On his 25th mission, Johnson and copilot Lt. Larry Chesley took heavy fire from anti-aircraft guns as they flew reconnaissance near Quang Bing, North Vietnam.

They shot back but their guns jammed. The plane was hit. They bailed out over enemy territory. Both were captured and would spend the next seven years as POWs.

Future congressman and Air Force Col. Sam Johnson at his homecoming in Plano on March 6, 1973, after being released from seven years of captivity in Vietnam.
Future congressman and Air Force Col. Sam Johnson at his homecoming in Plano on March 6, 1973, after being released from seven years of captivity in Vietnam.(Larry Reese / Staff Photographer)

Years of torture

Johnson had broken his right arm, dislocated his left shoulder and injured his back ejecting. He landed in a rice paddy.

Two civilians tried to help him escape, but North Vietnamese soldiers caught up with them. The would-be rescuers fled.

He was taken to the infamous Hoa Lo prison, widely known as the Hanoi Hilton, where the North Vietnamese held especially difficult or valuable prisoners. Among his fellow captives was future senator John McCain, a Navy flier who would end up sharing a tiny cell with Johnson for 18 months.

Like the others, Johnson was subjected to torture and death threats. The wounds he received from ejecting were never properly tended to, and he would have difficulty using his right arm for the rest of his life.

But the worst was yet to come.

In 1967, Johnson was moved to a special unit about a mile from Hoa Lo, known among the Americans as Alcatraz — cells dug out of the courtyard at the Ministry of Defense and reserved for the most non-compliant POWs.

Johnson would face 42 months of solitary confinement, shackled in leg irons in a cell measuring only 3 by 9 feet.

The prisoners communicated by tapping on cell walls. Johnson took pride in being among a select group who defied the enemy so completely. They called themselves “the Alcatraz Gang.”

“It was a strange sort of elation, an excitement almost, that I had been categorized with such valiant men as these,” he recalled in his memoir. “The Vietnamese had chosen only 11. And I was among them. It was an honor, a medal I would wear in my heart.”

For three years, Johnson’s wife — his high school sweetheart, whom he’d married in 1950, just before his senior year at SMU — maintained that he was alive, but couldn’t be sure. Then, in 1969, a letter in his shaky handwriting arrived. Contact after that was intermittent, subject to the whim of the North Vietnamese.

By 1973, the war was nearing a close. On Feb. 12, Johnson and other POWs walked off a plane at a U.S. base in the Philippines. The seven-year test of endurance had ended. He returned home a hero, though he would shrug off the label.

“Shirley is the real hero,” Johnson told a reporter on Valentine’s Day in 2013. "She never once gave up on me. She never stopped caring, praying and loving. Her courage and strength held my family together in some of the darkest days of our lives.”

Johnson was awarded two Silver Stars, two Legions of Merit, the Distinguished Flying Cross, a Bronze Star with Valor, two Purple Hearts, four Air Medals and three Outstanding Unit Awards for his service.

McCain would make his first return trip to Vietnam in 1986. Johnson refused until 2006, when he returned with Shirley as part of a congressional delegation. They spent an emotional hour at the old prison, now a museum featuring mannequins in manacles.

"I might have had a tear or two," Johnson recounted afterward.

"It was much more stark and depressing than anything I could think of," Shirley Johnson said.

Stephen Holt of the Veterans Administration North Texas Health Care System presented a photo to Rep. Sam Johnson in honor of National Former Prisoner of War Recognition Day on April 20, 2018, at the Frontiers of Flight Museum at Dallas Love Field.
Stephen Holt of the Veterans Administration North Texas Health Care System presented a photo to Rep. Sam Johnson in honor of National Former Prisoner of War Recognition Day on April 20, 2018, at the Frontiers of Flight Museum at Dallas Love Field. (Ben Torres / Special Contributor)

Back to civilian life

Johnson returned to active duty, retiring in 1979 as a colonel.

He started a homebuilding business in Plano and in 1984 took his first steps into politics with a campaign for a seat in the Texas House. He won handily and was re-elected three times, serving seven years.

At age 60, Johnson decided to go bigger. A congressional seat opened in 1991 when Steve Bartlett stepped down to run for mayor of Dallas. It was a tight primary, with eight Republicans vying for the nomination, including Pete Sessions, who would also become a congressman.

Promising support for the military and fidelity to conservative ideals, Johnson narrowly won a runoff against Tom Pauken, a former Reagan White House aide who became chairman of the Texas GOP in 1994.

In a solidly Republican district, he sailed past Democratic unknown Wayne Putnam that fall. After that, he would face only token opposition as he won reelection time and again, representing Plano, Garland and McKinney.

Though famed as a war hero, Johnson was a political unknown in Washington.

House Speaker Tom Foley didn’t recognize the name. Hours before Johnson’s swearing-in in May 1991, a spokesman for the Washington state Democrat asked a reporter, “Now, who did he replace?”

But Johnson would make his mark. By 2009, fellow congressmen had voted him the most admired member of the House in a National Journal poll. Colleagues cited his steadfast adherence to principle as the source of their admiration.

“When Sam speaks, we listen,” Ralph Hall, who served in Congress until age 91, making him the oldest congressman in history, said in 2015. Hall died last year.

Staunch conservative

On issues such as immigration and taxes, Johnson upheld staunch Republican values. He was rated the most conservative House member in 2011 by the National Journal based on his voting record, and received near-perfect ratings from many conservative groups.

“America has known few patriots as great as Sam Johnson,” said Rep. Kevin Brady, R-The Woodlands, a friend who chaired the tax-writing Ways and Means Committee that Johnson served on. “He helped strengthen Social Security, made health care work better for our nation’s veterans" and worked on health policy and the tax code.

In the late 1990s, Johnson floated a bill to abolish the 16th Amendment, which lets the federal government collect income tax — an idea that was popular with the far right long before the tea party came along.

Johnson was also a hardliner on immigration. At the request of House Speaker John Boehner, he joined a bipartisan “gang of 8” that worked in secret from 2009 to 2013 — without success — to find a breakthrough on the contentious issue.

For Johnson, this was a tightrope. His conservative values and constituents demanded a tough stance. But with the Richardson high-tech corridor in his district, he was eager for ways to match employers with more skilled workers.

The effort fell apart when Johnson and other conservatives quit. He cited mistrust over the Obama administration’s enforcement efforts, though immigrant advocates accused the GOP side of the gang of caving to political pressure.

Occasionally, Johnson angered Hispanic advocates. In 1996, he quipped to GOP donors that Democratic Rep. Martin Frost might struggle to win reelection because his supporters “ don’t understand English too well” and might not be able to spot his name on the ballot.

And his unyielding conservatism sometimes caused friction with moderate Republicans — including his old cellmate, Sen. McCain.

Despite their shared ordeal, the two had a chilly relationship in later years.

"I wasn't really as courageous as Sam Johnson,” McCain said in 2003, describing their time as POWs. “I mean that. He suffered a lot more than I did."

When McCain ran for president in 2008, Johnson withheld an endorsement until the senator clinched the nomination.

When McCain sought to ban torture by U.S. forces in 2005, Johnson opposed him — each invoking the moral authority of a former POW.

When McCain sought to normalize relations with the communist government in Vietnam, Johnson resisted.

“We talk, but we’re not that close,” Johnson said at the time. “He’s a senator and I’m a congressman, that’s part of the problem. And you know, we don’t always agree.”

Washington bureau chief Todd J. Gillman and reporter Tom Benning and Austin bureau chief Robert T. Garrett contributed to this report.

Взято отсюда

В Туркмении запретили коронавирус. Больных прячут в бараках, за ношение маски грозит тюрьма

2020-05-25 23:48:25

«Легче сделать вид, что вируса нет»

В Туркмении запретили коронавирус. Больных прячут в бараках, за ношение маски грозит тюрьма

Вводная картника

Туркмения даже в период экономического кризиса и пандемии остается островком стабильности и официального благополучия. Согласно статистике, в республике нет ни одного случая заражения COVID-19, тестов хватает, а вирус не имеет ни единого шанса просочиться через границы. Президент проводит массовые мероприятия и сам же в них активно участвует. Но в мировые СМИ регулярно попадает другая, совсем не позитивная информация — больных все больше, теперь их держат в бараках без удобств, при этом в стране продолжает расти смертность от пневмонии. Но самое ужасное в этой ситуации то, что людям, которые пытаются соблюдать элементарные меры безопасности, грозит уголовное преследование. В том, что же происходит в самой закрытой стране постсоветского пространства, разобралась «Лента.ру».

Главный эксперт

Президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов — врач по образованию. До прихода в большую политику он работал стоматологом, главврачом в поликлинике, преподавал в мединституте, возглавлял Минздрав. Опыт в медицине он всегда считал своим козырем. Глава государства, заботящийся о здоровье нации и не понаслышке знающий все о системе здравоохранения, привлекал избирателей. Впрочем, до прихода к власти больше о нем никто ничего не знал.

Верность профессии Бердымухамедов сохранил, даже став президентом. Ежегодно Аркадак — «покровитель всех туркменов», как его называют в народе — пишет книги по медицине и очень этим гордится. За годы во главе государства он издал более тридцати пяти трудов о здоровье, лечебных свойствах воды, чая и даже туркменских дынь. Получить в подарок книгу президента — это почти как получить эликсир бессмертия.

Как утверждает туркменская пропаганда, Бердымухамедов всегда держит руку на пульсе и отгоняет все напасти от простых туркменов. Вот и пандемия коронавируса не ускользнула от всевидящего ока Аркадака. Пока другие государства закрывали границы и помещали людей на карантин, туркменский лидер раздавал советы из области народной медицины. На правительственном заседании 16 марта он обязал — не попросил, а именно обязал — граждан окуривать жилые помещения, магазины, общественные места дымом специфического растения гармала, в просторечии — могильника.

Мудрые предки туркменского народа при переезде в новый дом, на свадьбах или при инфекционных заболеваниях возжигали гармалу. Когда во всем мире сложилась неоднозначная ситуация с китайским вирусом, важно окуривать помещения могильником

Гурбангулы Бердымухамедов

О ценных свойствах могильника

Рекомендации президента восприняли как приказ к действию. В государственных учреждениях, школах, детских садах, вузах и торговых помещениях — все и везде начали окуривать гармалой. Цена одного пучка растения взлетела в несколько раз. Помог ли могильник или иные народные рецепты «покровителя все туркменов» — непонятно. Но пока весь мир продолжает бороться с COVID-19, Ашхабад утверждает, что инфекция обошла республику стороной.

Школьники и гармала (могильник)

Слово «коронавирус» в Туркмении под запретом. Журналистам, врачам, учителям и чиновникам под угрозой увольнения нельзя говорить о COVID-19. Вещание зарубежных СМИ, которые могут распространять информацию о пандемии, временно приостановлено. Медицинские брошюры, где упоминается коронавирус, изъяты и уничтожены. Люди, которые носят на улице маски и перчатки, рискуют быть оштрафованными за нарушение общественного порядка. Правоохранительные органы вправе силой сорвать средства защиты. Повторный выход на улицу в маске или виниловых перчатках чреват арестом, вплоть до уголовного наказания.

Отрицание реальности

Разумеется, статистики по количеству заболевших коронавирусом в Туркмении нет ни в одной базе данных. Местный Минздрав не ведет никаких подсчетов, даже случаев воспаления легких. Ведь рекомендации Аркадака лучше любых рекомендаций международных организаций. Единственное, что все же предпринимают власти для защиты граждан, — помещают всех въезжающих на карантин на две недели.



случаев заболевания COVID-2019 официально зарегистрировано в Туркмении. Неофициально сообщалось о семи заболевших в карантинном лагере для въезжающих в страну

Для этого в отдаленных от жилых массивов районах власти соорудили специальные контейнеры. Внутри контейнера расположены многоярусные кровати, стоящие вплотную. Между ними нет перегородок, которые позволяли бы людям сохранять дистанцию. Никаких удобств в помещениях нет. Гарантий, что заражение коронавирусом или другой болезнью, которая может развиваться в антисанитарных условиях, не произойдет внутри бокса, тоже нет.

Неизвестно и то, тестируют ли на COVID-19 попавших на карантин. Глава туркменского Минздрава Нурмухаммед Аманнепесов уверял в конце апреля, что в распоряжении врачей есть 30 тысяч тестов, и еще 40 тысяч власти заказали за рубежом. Но сколько людей находится на изоляции, у всех ли берут анализы и достаточно ли заявленного количества тестов — неизвестно.

Например, в начале марта появились сообщения о появлении первых больных коронавирусной инфекцией. Но получили ли они лечение или обошлись советами народного лекаря Аркадака — тайна, покрытая мраком. Как указывает консультант Московского центра Карнеги Темур Умаров, в Туркмении и правда может быть ничтожно мало случаев коронавируса. Это закрытая страна.

И до пандемии коронавируса говорить о вовлеченности страны в международные авиаперелеты можно было с натяжкой. Власти довольно рано перекрыли внешние границы. Движение в Китай и Иран было приостановлено еще в январе. Это позволило сэкономить время и предотвратить распространение вируса

Темур Умаров, консультант Московского центра Карнеги

Однако Туркмения не полностью отрезана от окружающего мира. Есть, например, дальнобойщики, которые выезжают в соседние страны, например, Таджикистан, где эпидемию COVID-2019 признали. Так что властям Туркмении пришлось допустить представителей ВОЗ и ОБСЕ как минимум до работы с пограничниками, чтобы обучить тех выявлять больных. На въезде в столицу все же появились пункты измерения температуры.

Официально в Туркмении до сих пор не зарегистрировали ни одного случая COVID-2019. И даже ВОЗ вынуждена считаться с отчетами властей, как признает представитель организации в стране Паулина Карвовска. Только после многочисленных просьб экспертам разрешили посетить контейнерные лагеря в городах Туркменобад (бывший Чарджоу) и Туркменбаши (бывший Красноводск). Дальше карантинных зон вход оказался воспрещен. Отказ власти обосновали тем, что сейчас не самый подходящий момент. Страна занята ликвидацией последствий обрушившихся ураганов — во многих регионах нет света, воды и проблемы со связью, поэтому якобы сотрудникам международным организаций будет сложно сделать объективные исследования на местности.

Требовать и настаивать на визите в медучреждения страны ВОЗ не уполномочена. Провести проверку на наличие или отсутствие заболевших коронавирусом организация может только после официального приглашения властей. Но туркменские власти не спешат звать в гости. Специалистам ВОЗ остается кусать локти.

Парадоксы дистанцирования

Жители Туркмении ни в чем не ограничены. Они вправе жить полноценной жизнью: посещать привычные места, ходить на работу, учиться в школах и вузах. В республике продолжаются массовые мероприятия, концерты, национальный чемпионат по футболу. Например, 9 апреля в Ашхабаде провели массовый велопробег, а 26 апреля народ в Ашхабаде собрался на один из крупнейших национальных праздников — День ахалтекинского скакуна. Бердымухамедов, известный любитель лошадей, получил в подарок восемь коней и объездил одного из них.

Конкурс красоты ахалтекинских скакунов

Однако самоуверенность Бердымухамедова не означает, что он не боится коронавируса. Отсутствие страха должны испытывать жители Туркмении, а сам Аркадак предпочитает перестраховаться. Общественные места на всякий случай тщательно дезинфицируют, власти закупают тесты на COVID-19 и все же взаимодействуют с международными организациями.

На днях глава государства переехал из своей большой резиденции в долине Фируза в маленький поселок Мыныш. Смена места жительства, по неофициальным сообщениям, связана с опасениями лидера нации заразить своих пожилых родителей. Бердымухамедов свел к минимуму контакты с чиновниками. Даже с собственной охраной туркменский лидер предпочитает видеться на расстоянии. Как медик по образованию, Бердымухамедов знает: дистанцирование — лучшая профилактика при любой болезни. При этом ограничение контактов и мытье рук — меры, которые не ставит под сомнение даже народная медицина.

10 500

человек — примерно столько участников собрал велопробег в честь Всемирного дня здоровья в Туркмении

Для простых же граждан сохранять социальную дистанцию не просто необязательно, но даже и невозможно в последнее время. С апреля в некоторых регионах страны отовариться в государственных магазинах можно только при наличии продуктовых карточек. Чтобы получить продовольственный паек по фиксированным ценам люди заранее выстаиваются в очереди. В целом все продукты можно купить и в частных магазинах, но самые обычные товары вроде хлеба там стоят втрое дороже. Избежать скопления людей практически невозможно. Риски заражения коронавирусом в толпе повышаются. Не помогает даже окуривание могильником очередей в магазинах.

Через соцсети, мессенджеры в различные мировые СМИ поступает информация, что в инфекционных отделениях туркменских больниц растет число пациентов. Есть и летальные исходы. Ритуальные службы отмечают возросший спрос на услуги. Растет число захоронений. Однако власти по-прежнему сохраняют спокойствие.

Бомба замедленного действия

Почему людям запрещено произносить слово «коронавирус», но при этом власти Туркмении сами же раздают рекомендации, как бороться с заболеванием народными методами, не смогли объяснить «Ленте.ру» даже эксперты по Центральной Азии. Тем не менее они сходятся во мнении, что ситуацию с COVID-2019 в регионе пока удается контролировать таким странным способом.

Учитывая, что государственная пропаганда в республике настроена на иной лад, а с интернетом в стране большие проблемы — заморачиваться не стали. Легче промолчать и сделать вид, что в стране и вправду нет коронавируса

Темур Умаров, консультант Московского центра Карнеги

Востоковед, специалист по Центральной Азии Рафаэль Саттаров обращает внимание на проблемы с продовольствием, набирающие обороты в Туркмении. По его мнению, это грозит стране серьезным кризисом. «Иран, Китай и Россия — стратегически важные поставщики продовольствия в республику, — говорит эксперт. — После закрытия границ эти поставки прекратились. Обеспечивать себя самостоятельно всем необходимым Туркмения пока не может».

Саттаров замечает, что в последнее время Бердымухамедов активизировался в сфере международных переговоров. То он общается онлайн с властями Испании и Румынии, то возвращается к ближайшим соседям — Узбекистану, России. Тема у этих бесед одна — экономические проекты в разных отраслях, будь то транспорт, агропромышленный сектор, энергетика.

При внимательном рассмотрении можно понять, что Аркадак всеми силами пытается обеспечить приток инвестиций в страну. Не будет денег — не будет и продовольствия. А проблемы с продуктами питания могут стать не менее серьезной угрозой, чем COVID-2019

Рафаэль Саттаров, востоковед, специалист по Центральной Азии

Темур Умаров из центра Карнеги подтверждает, что для властей Туркмении сейчас признать эпидемию — значит подложить под себя бомбу замедленного действия. «Властям пришлось бы начать массовое тестирование, ввести карантин, лечить больных. Но туркменская система здравоохранения едва ли готова к этому сегодня», — поясняет он.

Ко всему прочему, жителям страны пришлось бы объяснять, откуда пришла болезнь, как развивается ситуация в других странах. А отсутствие информации — это фундамент режима Бердымухамедова. Любую утечку информации власти воспринимают как опасность, которая может привести к проблемам вплоть до кризиса. Вряд ли специалистам ВОЗ стоит надеяться на допуск в туркменские инфекционные больницы — Аркадак до последнего будет уповать на могильник и другие приемы народной медицины.

Взято отсюда


2020-05-19 22:11:03

Любое наблюдение требует особых условий. Чтобы разглядеть картину, надо отойти от нее на приличное расстояние. Чтобы оценить исторические события, надо отстоять от них во времени на приличный период. Ну и, разумеется, только из-за границы лучше видно, как нам обустроить Россию.

Так и пребывание на самоизоляции побуждает пытливые умы задаваться вопросами, которые раньше и в голову не приходили. Я уже рассказывал вам о том, что превышение уровня углекислого газа в атмосфере влияет на когнитивные способности человека. И что очищение природы вследствие всеобщей остановки промышленного производства должно привести к тому, что эти самые когнитивные способности человека будут расти. То есть, вполне возможно, что к окончанию пандемии коронавируса человечество поумнеет и сможет совершить какой-нибудь качественный эволюционный скачок.

Увы, говорят нам ученые, которые в курсе. Если даже человечество к концу пандемии и поумнеет — то разве что только настолько, чтобы компенсировать собственное отупение за множество предыдущих десятилетий.

Оказывается, люди глупеют с самых семидесятых годов. И сегодня средний уровень интеллекта падает на 7 пунктов каждые 10 лет. И если так и дальше пойдет, то примерно через 10 поколений максимальный IQ будет составлять 69 против 130 в наше время.

Например, в конце 19 века время реакции мужчины на раздражение составляло 183 миллисекунды, а теперь только 253 миллисекунды. У женщин еще хуже. Причин называется много — от того же уровня углекислого газа в атмосфере и качества продуктов питания до отсутствия физических нагрузок и потери способности к восприятию больших массивов информации вследствие постоянного сидения в социальных сетях. И потери необходимости в запоминании, поскольку всегда можно спросить википедию.

И здесь у меня печальные новости даже для тех, кому кажется, что сидение на самоизоляции позволит нам хоть сколько-то подтянуть свой интеллектуальный уровень к былому. Оказывается, на способность человека концентрироваться самым непосредственным образом влияет употребление жирной пищи. То есть — именно той пищи, которой мы все и предаемся на этой самой самоизоляции. В замкнутых помещениях, где уровень углекислого газа точно такой же, как прежде. До всеобщей остановки промышленного производства.

Ну что же, это хоть как-то объясняет все эти обвинения Китая в распространении эпидемии, войну против вышек связи 5G и упреки в адрес России по-поводу коронавирусной статистики.

И, судя по всему, эту планету надо как-то проветрить и посадить на диету.

Взято отсюда

Эксперты, которых мы заслужили

2020-05-18 18:53:39

Информационное агентство CNN проведет очередной раунд экспертного совета по ситуации с коронавирусом и COVID-19.

В совет вошли бывший министр здравоохранения США и Грета Тунберг.

Вывод: чтобы быть экспертом CNN в школу ходить не обязательно (и даже не желательно)!

Konstantin Nik

Взято отсюда

Sony hit an all-time low Alpha camera sales

2020-05-16 00:46:54

Sonyreconsidered is tracking the Sony camera sales over time and posted some interesting graphs based on the latest Q4 FY19 financial reports (click for larger view):

"It doesn’t take an analyst or business insider to predict that camera sales will likely decline year-over-year until some form of bottom is found. Sony shipped 3.6 million Alpha cameras in FY18, and though some hoped for it be the year they hit bottom and sales plateau, FY19 camera sales dipped by another 800K, down to 2.8 million. This is relatively consistent with the dip between FY17 and FY18."

Related articles:

Sony FY2019 Q4 financial results are out

Sony Q3/2019 financial results are out

Check out the latest PhotogDeals on Twitter and Facebook

The post Sony hit an all-time low Alpha camera sales appeared first on Photo Rumors.

Взято отсюда

Исаак Бабель после ареста, 1939 год, СССР

2020-05-14 20:57:15

Из протокола допроса 29–30–31 мая 1939 года:
— Вы арестованы за изменническую антисоветскую деятельность. Признаете ли вы себя в этом виновным?
— Нет, не признаю.
Как совместить это ваше заявление о своей невиновности со свершившимся фактом вашего ареста?

Исаака Бабеля арестовали 15 мая 1939 года. При обыске был изъят весь его архив, который до сих пор не найден. На допросах Бабеля под пытками вынудили признать связь с троцкистами, а также их тлетворное влияние на свое творчество и факт того, что он, якобы руководствуясь их наставлениями, намеренно искажал действительность и умалял роль партии. Писатель также "подтвердил", что вел "антисоветские разговоры" среди других литераторов, артистов и кинорежиссеров и "шпионил" в пользу Франции.

Из протокола допроса Исаака Бабеля 10 октября 1939 года:
— Я оклеветал некоторых лиц и дал ложные показания в части моей террористической деятельности.
— Вы решили пойти на провокации следствия?
— Нет, я такой цели не преследовал, ибо я представляю ничто по отношению к органам НКВД. Я солгал вследствие своего малодушия.

Военной коллегией Верховного Суда СССР он был приговорен к высшей мере наказания и был расстрелян на следующий день, 27 января 1940 года. Расстрельный список был подписан Секретарем ЦК ВКП(б) И. В. Сталиным. Супруга Бабеля узнала о его смерти только через 15 лет, уже после смерти Сталина — при реабилитации в декабре 1954 года ей выдали справку о том, что Бабель умер в 1941 году от паралича сердца. Лишь в 1984 году стали известны истинные дата и причина смерти.

Нарком внутренних дел Берия называл протоколы допросов, сочиненные его подручными Шварцманом и Родосом, — оба принимали участие в следствии по делу Бабеля, — "истинными произведениями искусства"; так они будут заявлять, когда сами попадут на скамью подсудимых. Лев Леонидович Шварцман окончил семь классов средней школы, а Борис Вениаминович Родос и того меньше — четыре класса (в своем ходатайстве о помиловании он не постеснялся признаться: "Я — неуч"). Тем не менее уже после войны Родос читал лекции в Высшей школе МВД и был автором учебных пособий "по внутрикамерной разработке арестованных". Когда его судили в 1956 году, то спросили, чем занимался некий Бабель, дело которого он вел.
— Мне сказали, что это писатель.
— Вы прочитали хоть одну его строчку?

Написал Toljatti на / комментировать

Взято отсюда

Never miss a shot again with this robotic basketball hoop

2020-05-14 20:51:52
GIF: Shane Wighton / YouTube

Robotics and AI are supposed to make people’s lives better, so why don’t they help me suck less at sport? Engineer and YouTuber Shane Wighton has tackled this incredibly pressing issue with one of the cleverest mechanical creations I’ve seen on the internet: a basketball hoop that ensures that you never miss a shot.

You can get the gist of how the thing works from the GIF below. Sensors track the trajectory of each shot and motors attached to the backboard adjust its angle to deflect the ball into the hoop. But Wighton’s video (from his channel Stuff Made Here) goes into some fascinating detail, explaining both the underlying technology and the design process.

GIF: Shane Wighton / YouTube
Boom, another. Boom, another.

For example, the whole process of tracking the shot, calculating the angle, and adjusting the backboard has to take place in just 600 milliseconds. That’s no time at all. This meant Wighton really had to optimize his design to make it as lightweight, and therefore as easy to move, as possible. That’s why the motors that power the thing are attached to the back frame rather than the backboard itself, and why the support struts are hollowed out: all to reduce weight and make the backboard easier to re-angle at high speeds.

There’s also a lot of cleverness in the software side, which is powered by a Microsoft Kinect, beloved by DIY hackers everywhere. These include a facial recognition feature that identifies whether Wighton or his wife is making a shot. That allows for some unfair and very funny cheating. I can just imagine some spoiled tech CEO installing one of these machines in his home basketball court to make sure he never loses a game. There’s also a similar construction (which Wighton mentions) made by YouTuber Mark Rober in 2017: a moving dartboard that lets you get a bullseye every shot.

Anyway, you can watch the full video from Wighton if you want a clear and entertaining explanation of how it all works. Next job: a robot that helps me dunk.

Взято отсюда


2020-05-14 16:16:11

Хто без чіпа, той москаль!

* * *
В Киеве разрешили продавать еду на вынос, и одежду на вырост.

* * *
Россияне! Если вы освободили Европу от фашизма, то нахуя у себя-то оставили?

* * *
— Дорогой, хочется сегодня вечером чего-нибудь домашнего.
— Как насчет насилия?

* * *
Зеленский: «Благодаря карантину мы выиграли время и врачи успели сшить себе маски».

* * *
Почему девушку нельзя называть молодой человек, она что — не человек?…

* * *
Удивительно, но бассейны на Титанике до сих пор полные.

* * *
Не покидает ощущение, что профессор Преображенский жив и активно продолжает оперировать собак.

* * *
Независимость, это когда за тебя не платят, а свобода — когда за тебя не думают.

Взято отсюда

Наблюдение о Регине Тодоренко и Владе Топалове

2020-05-12 23:06:26

Недавно все обсуждали неудачное интервью Регины Тодоренко и Влада Топалова (так я узнал о существовании этих людей). Регина сказала, что женщины должны задуматься, что они сделали, чтобы мужчины их не били. А Влад сказал, что чтобы мужчины не изменяли, женщинам надо «как-то крутить жопой».

На Регину сошла лавина народного возмущения: как так, это что ж выходит, женщины сами виноваты, что их бьют?! Не знаю, имели ли Регина в виду именно это или просто сказала глупость случайно, но её слова интерпретировали наихудшим для неё образом. Её репутация тут же обнулилась, контракты с ней разорвали, лишили какого-то звания. Такое не прощают.

За сказанное ей пришлось заплатить не только репутацией. Она спешно сняла документальный фильм о домашнем насилии, заработала на нём денег и перевела целых два миллиона рублей фонду «Насилию.нет». Даже несмотря на колоссальную работу над ошибками остались те, кто обвиняют её в неискренности. При этом неизвестно, кто сделал для борьбы с домашним насилием за последнее время больше, чем Регина Тодоренко.

Так вот, наблюдение. Владу Топалову за «крутить жопой» объясняться не пришлось.

Взято отсюда

Twitter will let employees work from home indefinitely

2020-05-12 19:47:13

Numerous tech giants are letting staff work from home for months while pandemic concerns persist, but Twitter is taking things one step further. The social network has confirmed to BuzzFeed News that it will let many staff work from home indefinitely, not just until COVID-19 is no longer a looming threat. Some people will have to come in for server maintenance and other in-person activities, but those who can justify working remotely might not have to set foot in the office again.

In a letter to employees announcing the policy, Twitter chief Jack Dorsey said it was unlikely the company would reopen offices or allow most business travel until September, with in-person events cancelled for 2020. He added that Twitter would boost its work from home supply allowance to $1,000.

It’s not completely surprising that Twitter would do this, and not just due to the relatively flexible nature of developing an internet-based service. Physical presences can be expensive between basic office space, amenities, relocations and travel costs. This could save money in the long run as Twitter only needs to accommodate those workers who need or want to come in.

To some extent, this also acknowledges that the pandemic may transform attitudes toward working from home. While companies have long insisted that people come in for the sake of collaboration and in-person interaction, some may decide that it’s simply not necessary or even thrive by staying put. Remote work avoids lengthy commutes and office drama while allowing more time with family — some of Twitter’s employees may be reluctant to give that up no matter how safe it is outside.

Взято отсюда